Ребёнок для себя


реб для себя1

 

Мы рожаем детей, растим их и воспитываем. Главное- сильно любим. Бережем. Защищаем. Трясемся над ними. Кормим самым полезным и вкусным. Балуем. Наряжаем. Развиваем.СТАРАТЕЛЬНО ГОТОВИМ К СЧАСТЛИВОЙ ЖИЗНИ. Учим  читать и писать, кататься на велосипеде и плавать. Танцуем с ними, рисуем, играем в куклы, солдатики и шахматы. В монополию даже играем. И бисером вышиваем, и в собачек и лошадок превращаемся по их желанию. Из пистолетиков и рогаток стреляем, когда больше всего на свете хочется спать. И стихи с ними учим. И гордимся их успехами, и ругаем их, и устаем от их активности, и мигом забываем о себе и своих проблемах, когда им плохо.

 

Когда им больно, мы страдаем вместе с ними и даже, кажется, больше, чем они. Мы готовы на все. В эти моменты нам кажется, что только мы, родители, можем их защитить, можем им помочь, спасти. Ведь наш беззащитный птенчик так ждет этой нашей помощи и поддержки,сам он ничего еще не может, огромный жестокий мир угрожает ему. И если не я, то кто? Его никто и никогда не сможет так любить как я, он больше никому не нужен, кроме меня! Только я, только я… Он только мой… Без меня он пропадет. Только я смогу сделать его счастливым.

А уж когда им, нашим детям, хорошо и весело, то мы вообще обо всем забываем и плачем от счастья и благодарим господа за такой подарок. Это такой подарок, это такое умиление, это такое богатство, которое , однажды получив, уже невозможно отдать. Это потерять? Это? То, что выношено, выстрадано, что занимает теперь почти все мое свободное время и чему я отдаю все свои силы и чувства? Потерять то, что стало для меня самым главным в моей жизни? Что вкуснее всего на свете пахнет и чья улыбка делает меня самым счастливым человеком на свете?  Страх потерять. Страх навсегда…

Любовь к детям иррациональна и настолько сильна, что способна затмить собою практически все другие чувства и привязанности человека, особенно человека-женщины. Так устроен мир, об этом позаботилась природа. Иррациональность родительской любви позволяет мобилизовать все ресурсы матери и отца на вскармливание и обучение, заботу и защиту своего чада.

Мы не только беззаветно любим своего ребенка и боимся его потерять. Мы выстраиваем модель своей семьи, опираясь на эту иррациональную любовь и этот бесконечный страх. Мы говорим своим детям, как нам кажется, единственно правильные слова:»Главное, доченька, любить и слушать маму и папу, потому что никто и никогда  не будет тебя любить сильнее, чем они. Только мы с папой желаем тебе добра»,»У тебя может быть много жен и женщин, а мать у тебя одна, запомни, сынок. Только мама способна любить тебя по-настоящему.»

Вспомним то, что мы чувствовали в детские годы нашего ребенка. Это сочетание  нашего страха «я и только я нужна ему  больше всего на свете, потому что ТОЛЬКО Я СМОГУ ЕГО ЗАЩИТИТЬ И СДЕЛАТЬ СЧАСТЛИВЫМ» и нашей любви « он нужен мне больше всего на свете, потому что ТОЛЬКО ОН МОЖЕТ ПОДАРИТЬ МНЕ РАДОСТЬ И СДЕЛАТЬ МЕНЯ СЧАСТЛИВОЙ» сформировало основную парадигму: Я СОЗДАНА ДЛЯ НЕГО, БЕЗ МЕНЯ ОН ПРОПАДЕТ- ОН СОЗДАН ДЛЯ МЕНЯ, БЕЗ НЕГО Я НЕ МОГУ БЫТЬ СЧАСТЛИВА.  Все, сценарий написан, сценарий, не позволяющий потом, через несколько лет отпустить своего взрослого ребенка в большую жизнь, в ЕГО СОБСТВЕННУЮ ЖИЗНЬ.   Нам спокойнее  за него и нашему личному счастью ничего не угрожает , когда наш ребенок все время рядом, заполняет собой все наше жизненное пространство, как тогда, во времена его детства. Мы родили и  вырастили ребенка для себя. Нас можно  поздравить от всей души! И это правда. Ведь наш взрослый ребенок будет всегда с нами рядом. Наш взрослый сын или наша взрослая дочь всегда сделает выбор в сторону нашего благополучия. Скорее всего, наш взрослый ребенок пойдет учиться в тот институт, который соответствует нашим представлениям о достойной жизни, а не в тот, где ему будет интереснее. Потом он скорее всего забьет на свою личную жизнь, сделает несколько попыток построить отношения или даже  создать свою семью, но в все-таки останется в нашей, с нами. В лучшем случае он сможет проживать отдельно, но жить все равно будет для мамы и папы, возить нас в отпуск и на дачу, делать нам ремонты, помогать материально  и проводить с нами все выходные и праздники. Теперь мы, родители, заменим собой нашему взрослому ребенку в жизни многое, если не все. А в старости, скорее всего, он станет нашей сиделкой. Поздравляю! У нас вырос прекрасный ребенок. Хороший, на зависть всем сын. Или волшебная, добрая и заботливая дочь. Нас можно поздравить, наша жизнь удалась! В моих словах нет ни капли иронии. Все правда. Правда и печаль. Мы удачно прожили жизнь по сценарию «Вырасти ребенка для себя».

К сожалению, сценарий-это всегда тупик, постоянная нехватка воздуха с обеих сторон,  отсутствие свободы выбора. Сценарий- это всегда болезненное соприкосновение с реальностью. Неосознаваемая предопределенность. Людям проще называть это «судьбой». Если наш выросший ребенок полностью вписался в нашу жизненную пьесу , то он безропотно исполняет роль суперсына или супердочери, взвалив на себя ответственность за благополучие родителей, при этом избавив себя от необходимости выстраивать свою собственную жизнь. Если же выросший ребенок, будучи реально взрослым человеком, осознает эту предопределенность и отведенную себе роль, но не находит в себе сил противостоять очевидному, он обречен на метания, страдания и внутренний бунт со всем букетом психосоматических проявлений. И тогда «лучший на свете сын» или «замечательная дочь» начинают все чаще страдать головными болями, жаловаться на желудок, посещать эндокринолога и ссориться с коллегами по мелочам. При этом он может даже слететь с родительского пьедестала и стать » не очень хорошим сыном» или «не очень заботливой дочкой, как, например, у Антонины Родионовны» .  Замечательно!  К чувству безысходности у нашего взрослого ребенка прилепилось еще и чувство вины. Мы снова победили и все расставили по своим местам.  В случае, если же наш выросший ребенок отказывается жить нашей жизнью и «нечаянно» начинает жить своей, то чаще всего он обрекает себя на роль белой вороны в лице «непутевого сына» или «плохой дочери». Чаще всего это второй или третий ребенок в семье, и именно  эти ребята приходят к психологу за поддержкой, сознательно или нет пытаясь выпрыгнуть из жизни по сценарию.

Когда мы будем уходить, мы откроем глаза пошире.  И заметим, что наш взрослый ребенок по-прежнему рядом, но он все также остается  один на один с большим и не всегда добрым миром, потому что  у него никого нет кроме нас , но только теперь мы не сможем его защитить, а больше некому.  Мы хотели сделать его счастливым, а сделали счастливыми только себя. Мы построили свое счастье за его счет,  сделав его заложником нашего сценария, отведя ему главную роль гаранта нашего спокойствия и нашей беззаботной старости.

Предвижу массу возражений: — А как же забота о родителях? А как же искренняя любовь, чувство долга?   — Что?! Вы предлагаете бросить родителей и жить беззаботной жизнью наглого эгоиста?!  Получите потом все бумерангом и т.д. и т.п.
Думаю, что  расставить точки над  Ё  помогут ответы на следующие вопросы:

  • Мы лично хотели бы, чтобы наш  ребенок любил нас и заботился о нас не  из-за чувства долга, а все-таки искренне, от души?
  • Нам бы хотелось, чтобы у нашего ребенка была насыщенная и многогранная жизнь, чтобы он мог еще кого-нибудь очень сильно любить,кроме нас? А сильнее нас? Мы хотим, чтобы его тоже сильно любил кто-то, кроме нас?  А после нас?
  • Мы хотим видеть своего ребенка счастливым и свободным? Более счастливым и свободным, чем мы сами?

Если мы на  все вопросы готовы ответить утвердительно, то почему же мы по-прежнему продолжаем повторять своим детям:»Главное, доченька, любить и слушать маму и папу, потому что никто и никогда  не будет тебя любить сильнее, чем они. Только мы с папой желаем тебе добра»,»У тебя может быть много жен и женщин, а мать у тебя одна, запомни, сынок. Только мама способна любить тебя по-настоящему.»  А?
Психолог Ирина Рой